Ученые сравнили 121 человека, переживавшего состояния, похожие на деперсонализацию или дереализацию. У 60 участников они возникали в связи с медитацией, у 61 были вызваны другими причинами, например стрессом или травматическим опытом.
Сами феноменологические проявления деперсонализации в двух группах оказались во многом похожими. Но отношение к происходящему существенно различалось.
Участники, столкнувшиеся с такими состояниями во время медитации, оценивали их значительно более позитивно. Для них изменение ощущения собственного Я могло восприниматься как значимый или даже ценный опыт.
При других обстоятельствах похожее состояние значительно чаще сопровождалось страданием.
Получается важный психологический вывод: значение необычного состояния сознания определяется не только самим ощущением, но и контекстом, в котором оно возникает, и тем, как человек его интерпретирует.
При этом большинство участников обеих групп все же характеризовали свой опыт как смешанный, а не исключительно хороший или плохой.
Сами феноменологические проявления деперсонализации в двух группах оказались во многом похожими. Но отношение к происходящему существенно различалось.
Участники, столкнувшиеся с такими состояниями во время медитации, оценивали их значительно более позитивно. Для них изменение ощущения собственного Я могло восприниматься как значимый или даже ценный опыт.
При других обстоятельствах похожее состояние значительно чаще сопровождалось страданием.
Получается важный психологический вывод: значение необычного состояния сознания определяется не только самим ощущением, но и контекстом, в котором оно возникает, и тем, как человек его интерпретирует.
При этом большинство участников обеих групп все же характеризовали свой опыт как смешанный, а не исключительно хороший или плохой.
